Doorsdealer.ru

Строй журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Вот мчится поезд под откосами

zotych7

История великих блатных и уличных песен

Как появился «железнодорожно-песенный детектив»
«Постой, паровоз» — 2

Песнь о летящем паровозе

Однако и это — далеко не все. В Гуверовском институте (США) хранится работа Владимира Юрасова «Песня в советских тюрьмах и лагерях». Она написана в 1950 году, когда «автор» «Паровоза» Николай Ивановский еще мотал срок. В работе приводится вариант песни с первой строкой «Летит паровоз по долинам и взгорьям» — той самой, которая отсутствует в «каноническом» тексте Ивановского, зато присутствует во многих других, прежде всего — в «рекрутской» народной песне, которую исполняет Бичевская. Немного о Юрасове: родился в 1914 году. В 1938-м был арестован, в 1941-м бежал из лагеря, жил по подложным документам, воевал, дослужился до подполковника, после войны был уполномоченным Министерства промышленности строительных материалов в Восточной Германии, бежал в Западную Германию, с 1951-го в США, редактор журнала «Америка», комментатор радиостанции «Свобода». То есть после 1945 года Юрасов ни разу не был в Советском Союзе и слышать песню, якобы созданную в 1946 году и ходившую по лагерям, не мог. Наверняка он приводил текст, который услышал непосредственно в ГУЛАГе.

Вопрос: как в 1950-м году в Западной Германии мог появиться куплет с «летающим» паровозом?

Ответ на это пытается дать тот же Дюков:

«В романе Михаила Демина «Блатной» упоминается такой факт, что сам Демин услышал песню «Постой, паровоз» и дополнил (вероятность этого факта оставим на совести автора) ее своим куплетом со словами:

Что ж, теперь мы знаем, как и где был «пришит» чужеродный куплет. Если учитывать тот факт, что сам Демин попал в тюрьму только в середине войны (год 1942—43), а переделка свершилась спустя некоторое время (конкретно он не упоминает), то можно предположить, что эта песня была услышана в лагере и там же переделана, а это был год 1946—47».

Здесь неправда все, от начала до конца. Про «Паровоз» Демин писал в автобиографическом романе «Блатной», вышедшем во Франции в 1972 году, следующее: «Не менее разнообразен и репертуар майданников [64] ; тут воспеваются поезда, вокзалы, просторы родины… “Летит паровоз по зеленым просторам. Летит он неведомо куда… Назвался, мальчонка, я жуликом и вором и с волей распростился навсегда”».

Ясно, что Дюков не читал этого отрывка и потому процитировал песню неточно. А заодно и кое-что мимоходом подтасовал. Ведь Демин не утверждает, что «дописывал» какой-либо куплет. Он просто приводит отрывок арестантской песни, широко известной в блатных кругах. Кстати, наряду с «Паровозом» Демин цитирует множество других уголовных песен, в том числе песни соловецких лагерей, на тот момент широкой публике совершенно не известные: их полные тексты вышли значительно позднее.

Кроме всего прочего, ссылка Дюкова на роман Демина совершенно не объясняет того, каким образом куплет про «летящий паровоз» цитировал Владимир Юрасов в 1950 году, не пройдя послевоенный ГУЛАГ и не зная песни, якобы написанной Ивановским с чистого листа. Ведь сам Демин эмигрировал во Францию только… в 1968 году! Так что он при всем желании не мог познакомить Юрасова с песней о паровозе…

Но и на этом история «летающих паровозов» не завершается. В первой половине 90-х годов в телепередаче Эдуарда Успенского и Элеоноры Филиной прозвучал еще один вариант «Паровоза». Текст его был опубликован в 1995 году в сборнике песен «В нашу гавань заходили корабли»:

Судя по реалиям этой версии, она была создана в период с 1940 по 1956 год. В 1940-м Президиум Верховного Совета СССР издал ряд указов: о переходе на 8-часовой рабочий день, о переходе на 7-дневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятия. За нарушение этих указов устанавливалась уголовная ответственность: от 2 до 4 лет заключения. Закрепление было полным и касалось всех — от учащихся фабрично-заводских школ до директоров предприятий. Некоторые историки считают, что по этим указам были осуждены миллионы человек (статистика, впрочем, спорная). Лишь в 1956 году уголовная ответственность за самовольный уход с работы (кстати, и за опоздание на рабочее место) была отменена.

Совершенно безосновательно предполагать, что и этот вариант «стилизован» уже после того, как «Постой, паровоз» стал популярен благодаря кинофильму «Операция Ы». Зачем кому-то понадобилось вдруг «стилизовать» в 90-е годы «Паровоз» именно под 40—50-е, да еще и конкретно под ситуацию с указами?! К тому же бросается в глаза то, что переделывался не столько блатной, сколько именно народный романс. Иначе явных совпадений никак не объяснить:

Сравните с «рекрутским» вариантом:

Где упоминание об отпуске и именно в три дня — в блатной песне? Нет его и быть не может! Он «не клеится» к уголовному миру. Какой отпуск у уркагана? А к работягам — в самую масть! Поэтому и перекочевало это упоминание из народного варианта «а срок мне представлен на три дня».

Кстати, переложение известных блатных песен на «заводской» лад — явление не исключительное. Существует, например, переделка 30-х годов «Гоп со смыком, Кировский завод»:

Конечно, остается привычный лепет об очередной «фальсификации». Но неужто существует нечто вроде всемирного масонского заговора, нацеленного исключительно на то, чтобы путем многочисленных стилизаций и подтасовок лишить Николая Ивановского права на авторство блатного шедевра? Причем у него почему-то не просто «крадут» песню, но еще и подделывают ее то под рекрутскую, то под кулацкую, то под заводскую, то под крестьянскую… И эти коварные происки начались еще в 50-е годы (ведь очевидность того, что работа Владимира Юрасова о советских арестантских песнях появилась именно в 1950 году, даже племянник Ивановского не осмелился оспаривать). Ну, это уже тема не для историков фольклора, а для психиатров.

Читать еще:  Монтаж откосов монтажной пеной

Джордж Вестингауз предоставляет улики

Впрочем, есть и множество других еще более весомых свидетельств против авторства Ивановского.

Совершенно случайно один из аргументов в пользу существования фольклорного первоисточника блатной песни о паровозе и кондукторе подсказал сам племянник Ивановского. Он пишет: «Маловероятно, что в теплушках, увозящих солдат на фронт Первой мировой войны, были кондукторы и тормоза. Скорее всего, управлял движением поезда (и торможением) машинист — из паровоза».

Замечательная реплика! Прежде всего, непонятно, почему солдат должен ехать на побывку к матери в теплушке, а не в обычном вагоне? Но главное не это. Невольно племянник дал «маячок», привязывающий действие именно к дореволюционным временам.

Совершенно очевидно, что автор песни не имеет ни малейшего представления о принципе работы поезда! Хотя бы о принципе действия тормозов. Действительно, кондуктор ни при каких условиях не мог нажать на пневматический железнодорожный тормоз системы Джорджа Вестингауза. Экстренное торможение осуществлялось первоначально при помощи специальной ручки, которую дергали вниз (через вагоны тянулась специальная веревка), а позднее стали дергать на себя рычаг, называемый «стоп-краном».

В начале XX века малограмотный солдат этого мог не знать. Простому пареньку из «глубинки» такие премудрости были в диковинку. Для него и поезд был чем-то вроде космического корабля для нынешнего обывателя. А вот для опытных «жульманов» конца 40-х годов подобное неведение непредставимо! Они постоянно «гастролировали» по городам, «работали» в поездах… Тем более знал, что такое «стоп-кран», парень из Ленинграда Николай Ивановский. Так что душераздирающий возглас из уст «мошенника и вора» — «Кондуктор, нажми на тормоза!» воспринимается как дикий анахронизм.

Правда, до 30-х годов XX века в поездах действительно существовала такая должность, как «тормозной кондуктор». Есть даже знаменитая песня «Вот мчится поезд по уклону» — переделка не менее известного шахтерского «Коногона»:

Бригада состояла из пяти человек: кондуктор — теперь его, наверное, назвали бы бригадиром, машинист, тормозной кондуктор (сидевший в будочке на тормозной площадке последнего вагона), помощник машиниста и кочегар. До революции кондуктор был чиновником 12-го—13-го класса — уважаемым и высокооплачиваемым специалистом. Но уже в советское время такие кондукторы отошли в прошлое.

В Интернете по этому поводу даже развернулось оживленное обсуждение. Вот что пишут там о роли тормозного кондуктора: «В те времена, когда не все вагоны были оборудованы тормозами, последний вагон был особый. На ровном месте тормозил паровоз — с этим все ясно. А на крутых спусках паровозу тормозить было нельзя — вся масса вагонов просто посыпалась бы с рельсов. Поэтому последний вагон был особый — с тормозами. Скорее всего, тормоза эти были механические, поскольку в будке кондуктора был штурвал».

Другой участник дискуссии уточняет: «Тормозили механическими тормозами, сейчас сохранившимися, как стояночный тормоз (в тамбуре пассажирского вагона можно видеть красные складные рукоятки, а у некоторых товарных вагонов есть «тормозные будки», где видны рукоятки тормоза — сейчас это будки охраны груза и т. п.), а для торможения машинист подавал сигнал свистком — по сигналу кондукторы приводили в действие тормоз, вращая рукоятки, был сигнал и на отпускание тормозов. Тормоз Вестингауза был изобретен в 1868 году, но в России внедрен позднее. С 1931 года началось энергичное внедрение тормоза Матросова, близкого по конструкции, так что можно отнести создание песни к 20-м годам».

Мы уже уточнили, что песня создана еще раньше (причем даже в те времена кондукторы не нажимали на тормоза, а вращали рукоятки). И уж, во всяком случае, раньше, чем родился Коля Ивановский. То есть Ивановский «бомбил» уже в эпоху «стоп-кранов».

Песни нет, а ее поют!

Но есть у борцов за авторство Ивановского еще один аргумент, который кажется им железобетонным. Михаил Дюков, которого я искренне уважаю за его подвижническую работу по изучению русского шансона, вопрошает:

«Если эта песня старинная, то почему ее нет в репертуаре певцов начала 20-го века ни у советских, ни у эмигрантов?! В период Первой мировой войны были популярны патриотические песни, но и среди них «Вот тронулся поезд» или нечто схожее по смыслу и тексту найти не удалось. Почему?

Может, ее просто тогда еще не написали?!

Я не поленился и пролистал «Русские народные песни» (достаточно обширный труд, около 300 текстов), там есть раздел «Солдатские и рекрутские песни», но ничего похожего на вариант Ж. Бичевской найти не удалось».

Я, конечно, ценю титанический труд Михаила, но для справки вынужден сообщить, что народных русских песен насчитываются сотни тысяч. И тексты далеко не всех из них напечатаны даже в специальных сборниках. Сборник из 300 песен может считаться в этом море комиксом для дефективных подростков. Еще пять-шесть лет назад я не мог найти «казачьего» варианта текста песни «Течет реченька». Сейчас в Интернете этих текстов с добрый десяток.

То, что песня не вошла в небольшой сборник, вовсе не значит, что ее не существует. Даже если вы не найдете ее в ста сборниках, она может прекрасно звучать в то же самое время в народе. Потому что фольклор — это все-таки устное народное творчество.

Читать еще:  Блок упора укрепления откосов

Дюков также ссылается на то, что песня про паровоз не упоминается ни у Варлама Шаламова, ни у Дмитрия Лихачева, ни у Андрея Синявского, писавших о блатном песенном фольклоре. Ну, во-первых, это не совсем так. У Синявского как раз цитируются целых два куплета полного варианта песни:

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • » .
  • 27

ЗАПИСКИ МАЛЕНЬКОЙ ГИМНАЗИСТКИ

1. В чужой город, к чужим людям

Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! — стучат колеса, и поезд быстро мчится все вперед и вперед.

Мне слышатся в этом однообразном шуме одни и те же слова, повторяемые десятки, сотни, тысячи раз. Я чутко прислушиваюсь, и мне кажется, что колеса выстукивают одно и то же, без счета, без конца: вот так-так! вот так-так! вот так-так!

Колеса стучат, а поезд мчится и мчится без оглядки, как вихрь, как стрела.

В окне навстречу нам бегут кусты, деревья, станционные домики и телеграфные столбы, наставленные по откосу полотна железной дороги.

Или это поезд наш бежит, а они спокойно стоят на одном месте? Не знаю, не понимаю.

Впрочем, я многого не понимаю, что случилось со мною за эти последние дни.

Господи, как все странно делается на свете! Могла ли я думать несколько недель тому назад, что мне придется покинуть наш маленький, уютный домик на берегу Волги и ехать одной-одинешеньке за тысячи верст к каким-то дальним, совершенно неизвестным родственникам. Да, мне все еще кажется, что это только сон, но — увы! — это не сон.

— Петербург! — раздался за моей спиной голос кондуктора, и я увидела перед собою его доброе широкое лицо и густую рыжеватую бороду.

Этого кондуктора звали Никифором Матвеевичем. Он всю дорогу заботился обо мне, поил меня чаем, постлал мне постель на лавке и, как только у него было время, всячески развлекал меня. У него, оказывается, была моих лет дочурка, которую звали Нюрой и которая с матерью и братом Сережей жила в Петербурге. Он мне и адрес даже свой в карман сунул — ‘на всякий случай’, если бы я захотела навестить его и познакомиться с Нюрочкой.

— Очень уж я вас жалею, барышня, — говорил мне не раз во время моего недолгого пути Никифор Матвеевич, — потому сиротка вы, а Бог сироток велит любить. И опять, одна вы, как есть одна на свете; петербургского дяденьки своего не знаете, семьи его также. Нелегко ведь. А только, если уж очень невмоготу станет, вы к нам приходите. Меня дома редко застанете, потому в разъездах я все больше, а жена с Нюркой вам рады будут. Они у меня добрые.

Я поблагодарила ласкового кондуктора и обещала ему побывать у него.

— Петербург! — еще раз выкрикнул за моей спиной знакомый голос и, обращаясь ко мне, добавил: — Вот и приехали, барышня. Дозвольте, я вещички ваши соберу, а то после поздно будет. Ишь суетня какая!

И правда, в вагоне поднялась страшная суматоха. Пассажиры и пассажирки суетились и толкались, укладывая и увязывая вещи. Какая-то старушка, ехавшая напротив меня всю дорогу, потеряла кошелек с деньгами и кричала, что ее обокрали. Чей-то ребенок плакал в углу. У двери стоял шарманщик и наигрывал тоскливую песенку на своем разбитом инструменте.

Я выглянула в окно. Господи! Сколько труб я увидала! Трубы, трубы и трубы! Целый лес труб! Из каждой вился серый дымок и, поднимаясь вверх, расплывался в небе. Моросил мелкий осенний дождик, и вся природа, казалось, хмурилась, плакала и жаловалась на что-то.

Поезд пошел медленнее. Колеса уже не выкрикивали свое неугомонное ‘вот так-так!’. Они стучали теперь значительно протяжнее и тоже точно жаловались на то, что машина насильно задерживает их бойкий, веселый ход.

И вот поезд остановился.

— Пожалуйте, приехали, — произнес Никифор Матвеевич.

И, взяв в одну руку мой теплый платок, подушку и чемоданчик, а другою крепко сжав мою руку, повел меня из вагона, с трудом протискиваясь через толпу.

2. Моя мамочка

Была у меня мамочка, ласковая, добрая, милая. Жили мы с мамочкой в маленьком домике на берегу Волги. Домик был такой чистый и светленький, а из окон нашей квартиры видно было и широкую, красивую Волгу, и огромные двухэтажные пароходы, и барки, и пристань на берегу, и толпы гуляющих, выходивших в определенные часы на эту пристань встречать приходящие пароходы. И мы с мамочкой ходили туда, только редко, очень редко: мамочка давала уроки в нашем городе, и ей нельзя было гулять со мною так часто, как бы мне хотелось. Мамочка говорила:

— Подожди, Ленуша, накоплю денег и прокачу тебя по Волге от нашего Рыбинска вплоть до самой Астрахани! Вот тогда-то нагуляемся вдоволь.

Я радовалась и ждала весны.

К весне мамочка прикопила немножко денег, и мы решили с первыми же теплыми днями исполнить нашу затею.

— Вот как только Волга очистится от льда, мы с тобой и покатим! — говорила мамочка, ласково поглаживая меня по голове.

Но когда лед тронулся, она простудилась и стала кашлять. Лед прошел, Волга очистилась, а мамочка все кашляла и кашляла без конца. Она стала как-то разом худенькая и прозрачная, как воск, и все сидела у окна, смотрела на Волгу и твердила:

Читать еще:  Завершающий профиль для откосов пвх

— Вот пройдет кашель, поправлюсь немного, и покатим мы с тобою до Астрахани, Ленуша!

Но кашель и простуда не проходили; лето было сырое и холодное в этом году, и мамочка с каждым днем становилась все худее, бледнее и прозрачнее.

Наступила осень. Подошел сентябрь. Над Волгой потянулись длинные вереницы журавлей, улетающих в теплые страны. Мамочка уже не сидела больше у окна в гостиной, а лежала на кровати и все время дрожала от холода, в то время как сама была горячая как огонь.

Раз она подозвала меня к себе и сказала:

— Слушай, Ленуша. Твоя мама скоро уйдет от тебя навсегда. Но ты не горюй, милушка. Я всегда буду смотреть на тебя с неба и буду радоваться на добрые поступки моей девочки, а.

Я не дала ей договорить и горько заплакала. И мамочка заплакала также, а глаза у нее стали грустные-грустные, такие же точно, как у того ангела, которого я видела на большом образе в нашей церкви.

Успокоившись немного, мамочка снова заговорила:

— Я чувствую, Господь скоро возьмет меня к Себе, и да будет Его святая воля! Будь умницей без мамы, молись Богу и помни меня. Ты поедешь жить к твоему дяде, моему родному брату, который живет в Петербурге. Я писала ему о тебе и просила приютить сиротку.

Что-то больно-больно при слове ‘сиротка’ сдавило мне горло.

Я зарыдала, заплакала и забилась у маминой постели. Пришла Марьюшка (кухарка, жившая у нас целые девять лет, с самого года моего рождения, и любившая мамочку и меня без памяти) и увела меня к себе, говоря, что ‘мамаше нужен покой’.

Вся в слезах уснула я в эту ночь на Марьюшкиной постели, а утром. Ах, что было утром.

Я проснулась очень рано, кажется, часов в шесть, и хотела прямо побежать к мамочке.

Поздравления с Днем железнодорожника проводникам

С Днем железнодорожника вожатых хорошего настроения — проводников! Как дорогого гостя, вы встречаете каждого пассажира, провожаете, угощаете чаем, желаете доброго пути и не забываете разбудить на нужной станции. Пусть же в каждой поездке сопровождают вас удача и приятные люди. Пусть состав вашей жизни регулярно проходит через долину Счастье, останавливается на станции Любовь, пересекает реку Достаток.

Поздравляем вас с днем железнодорожника, дорогие проводники! Желаем вам осуществить все заветные мечты и обрести личное счастье. Легких вам маршрутов, интересных и воспитанных пассажиров. Пусть поддержка родных, хорошее настроение и прекрасное самочувствие сопровождают вас на всех жизненных дорогах!

Только проводник, главный хозяин дорожного дома, может создать неповторимый уют и атмосферу. С Днём железнодорожника от всей души поздравляю и желаю лёгких, добрых, удачных дорог!
Пусть пассажиры будут приветливыми и благодарными, а поездки — не утомительными. Пусть дома ждут с нетерпением и любовью. Радуйтесь и радуйте близких, счастья самого светлого!

С праздником вас, дорогие проводники! Вы, словно гостеприимные хозяева, встречаете нас у распахнутых дверей вагона, предлагаете чай и кофе, постель, будите утром, отвечаете на все вопросы. Ваша жизнь проходит на колёсах, вдали от дома и близких, поэтому желаем, чтобы родные вас ждали, дома царили уют, мир, достаток и согласие, а в душе — гармония! Спасибо за ваш нелегкий труд и ангельское терпение!

На «железке» работа достойная,
С ней отлично справляешься ты!
Пусть же будут все смены спокойными,
И становятся явью мечты!

Железнодорожник – гордое звучание,
Шелест билетов в нем и стук колес,
И чайный запах, сахар в упаковке,
А поезд мчит, наверное, до звезд.
Опять платформа, музыка и лица,
Уже родные – хоть и в первый раз,
Хотят на проводнице все жениться,
Да зона санитарная не даст.
А машинист ведет себя спокойно,
Спокойно поезд в небеса ведет,
Так пусть же вам, работники «железки»,
Всегда, во всем, везде и всем везет.

Пусть рельсы судьбы везут только к станции «Счастье», пусть каждая остановка добавляет улыбок и минуты веселья. Вы, как любящие мамы, напоите, накормите, путь укажете. Вы заботливы, ответственны и интересны. Без вашего внимания и света ни одна поездка бы не прошла успешно. Вы обслуживаете миллионы людей, при этом даря каждому частичку своего сердца. Пусть же и ваша судьба бежит по дорогам везения, любви и удачи!

Рельсы вдаль убегают,
Мерный колес перестук,
Когда проводник отдыхает?
Всегда тут как тут на посту!
Спасибо вам, добрые люди,
Фанаты железных дорог,
Удача пусть спутницей будет,
И счастье взойдет на порог.

Работник железной дороги,
Ты заслужил этот день!
Пускай растворятся тревоги,
В пути — только добрых людей!
Пусть лентою рельсов поманит,
Любовью и счастьем судьба,
Пускай никогда не обманет,
Твоя голубая мечта!

С Днем железнодорожника
Я вас поздравляю!
Только ясных добрых дней
От души желаю!
Счастья и здоровья,
Много светлых лет,
Пусть в пути вас греет
Этот мой привет!

Пусть ровными будут и рельсы, и шпалы!
Пусть вас хлебосольно встречают вокзалы!
Любые идеи, мечты и желанья
Всегда исполняются по расписанью!

Вьется змейкою дорога
И несутся облака.
Пусть улыбок будет много
В День железнодорожника.
Пусть же тело будет крепким,
Сердце бьется, как колеса,
Повторяя ритм меткий,
Чтобы все давалось просто!

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector